От барокко к Бартоку
Завершающий фестиваль концерт был отдан “Солистам Санкт-Петербурга” - одному из известнейших камерных ансамблей во главе со скрипачом Михаилом Гантваргом. В полистилистической программе коллектива нашлось место и барокко, и Шнитке с Бартоком. При этом пестроты и винегрета не возникло. Расскажем, почему.
Оркестр начал программу с барочного зачина - Кончерто-гроссо Ре-мажор Генделя, в котором уже представлены основные черты программы: это сюитность, танцевальность, и сами приёмы концертирования в чередовании сольной группы и всего оркестра. Последовавший затем скрипичный концерт Баха внёс дополнительную интригу - оба знаменитых автора словно состязались перед публикой в построении крупной формы. Сменивший Баха Шнитке, композитор с немецкой родословной, в своём опусе “Сюита в старинном стиле” явно развивал барочные элементы предыдущих авторов и был довольно близок в этой вещи к первоисточникам. Выход же из этой барочной стилистики, при сохранении сюитности и танцевальности, получился несколько неожиданным, но при этом ставил восклицательный знак в конце программы: кажется, что именно музыка Бартока (“Шесть румынских народных танцев”) сегодня более всех близка оркестру, именно эту партитуру он сыграл с большим воодушевлением и накалом.
Почерк “Солистов” привлекателен: коллектив, играющий без дирижёра, демонстрирует хорошие ансамблевые качества, сбалансированность, он гибко реагирует и идёт за первой скрипкой - Михаилом Гантваргом. Живая интонация его инструмента, сосредоточенность на музыке не знают преград онлайн-трансляции (при всех её очевидных минусах). Эти качества лидера несомненно вдохновляют и оркестр, и в некоторых частях программы мы слышим их единение на очень высоком уровне (например, в Генделе или медленной части концерта Баха, а также в уже упоминавшемся опусе Бартока). При этом генделевский опус слушался более органично и аутентично, а баховский в интерпретации оркестра, а особенно солирующей скрипки, словно был насыщен романтическими интонациями и ритмической свободой (иногда, правда, это приводилок небольшим несостыковкам солиста и оркестра - особенно явно в самом начале произведения). На удивление, некоторой шероховатостью ритма и интонации была отмечена в некоторых фрагментах и “Сюита” Шнитке, в которой один из основных игроков - чембало - был по какой-то причине задвинут на второй план (и визуально мы почти не видели инструмент, который, как оказалось, стоял почти в углу и за полукругом оркестрантов). Это неудобство отразилось на звучании таких частей, как Прелюдия и Менуэт, однако - к чести оркестра - было компенсировано в финальной Пасторали с её тонкой звукописью, прекрасно переданной музыкантами.
Нет худа без добра. Фестиваль “Серебряная лира” состоялся, а значит поддержал музыкантов и - ни много ни мало - запечатлел их творчество для истории благодаря онлайн-формату. “Солисты Санкт-Петербурга” в декабре уже дают живые концерты (и это даже гастроли), чего мы желаем и фестивалю под руководством Бориса Березовского - в обозримом будущем.







ПАМЯТИ ЛЕОНИДА ЕВГЕНЬЕВИЧА ГАККЕЛЯ
Российская музыкальная культура и искусство, все наши джазовые музыканты и любители джаза понесли невосполнимую утрату – 28 марта сего года на 93-м году ушел из жизни Заслуженный деятель искусств России, кавалер ордена «Дружбы», член Союза композиторов и Почетный член Филармонического общества Санкт-Петербурга, музыковед, журналист и музыкальный писатель, ярчайший пропагандист джаза Владимир Борисович Фейертаг.
Филармоническое общество Санкт-Петербурга скорбит о тяжелейшей потере, постигшей музыкальную культуру России и Петербурга.
ПАМЯТИ МИХАИЛА ГРИГОРЬЕВИЧА БЯЛИКА